Чудо - тайна - достоверность к 75-летию бориса натановича стругацкого :: Большая библиотека биографий

Чудо - тайна - достоверность к 75-летию бориса натановича стругацкого


Узнай как бросить сейчас! ПОКА НЕ ПОЗДНО..
Читать далее >>


Чтобы похудеть на 9 кг за 7 дней, нужно раз в день...
Читать далее >>


Уже через 3 дня вкус алкоголя станет отвратительным!
Читать далее >>


Все начиналось в тысяча девятьсот пятьдесят пятом году. Так примерно за миллиард лет до конца света, в эпоху светлых надежд. Когда, помнится, и фонтаны били голубые, и розы красные цвели.

В эту самую пору Аркадий и Борис Стругацкие пишут свой первый роман (или большую повесть) - "Страна багровых туч".

"Тогда молодые-нескромные, мы уже ставили перед собой задачу создать новую фантастику. Мы твердо понимали, что прежняя - барахло. Все нужно делать иначе... "Страна" появилась в результате пари, которое мы заключили с Еленой Ильиничной - женой Аркадия Натановича. Она возмутилась однажды: что вы все долбите: новая фантастика, новая фантастика! Сядьте и напишите! Мы сели и написали. Это была попытка написать новую фантастику старыми средствами. Фантастике не хватало достоверности. Даже блистательная "Туманность Андромеды" - она ведь недостоверна по сути. Она придумана. Достоверность по тем временам представлялась нам прежде всего отображением беспощадности, жестокости прогресса". (Интервью журналу "Литературное обозрение", №9, 1988.)

Удивительно не само пари, но точная постановка главной задачи, что, как известно, уже половина дела. Конечно, достоверность во глубине багровых туч была не самого лучшего сорта, а все-таки получился хорошо подготовленный экспромт - Стругацкие мечтали писать фантастику буквально с детства. В 59-м роман издали. Автор "Братья Стругацкие" (он же в обиходе - АБС) состоялся. Процесс пошел, да еще как. В первой половине 60-х появляются "Далекая Радуга", "Трудно быть богом", "Понедельник начинается в субботу", "Хищные вещи века", чуть позже - "Улитка на склоне"! Каков урожай, а? Что ни книга, то событие. Каждая - совершенно новая фантастика, где соединяются многие жанры. Там есть все - от философии и социологии до детектива и приключений. Сатира, что называется, на уровне мировых образцов. И просто юмор. И притча - вечный жанр. И все отвечает главному заявленному требованию - достоверность.

Общий прием совсем прост: либо земляне попадают на другую обитаемую планету, либо на земле обнаруживается нечто совсем неземное. Элемент фантастики обостряет ход сюжета, но везде действуют обычные люди, которых больше или меньше испортили какие-нибудь вечные вопросы. Многие персонажи оказываются в ситуации выбора, когда и шаг влево, и шаг вправо ничего хорошего не обещает. Словом, жизнь ужасна, но альтернатива еще хуже, и приходится быть оптимистом.

Миры, созданные воображением Стругацких, достоверны в высшей степени. Множество деталей либо узнаваемо, либо изощренно рифмуется с реальностью. Текст достоверен стилистически и фонетически, что просто необходимо, чтобы фантазии стали литературой. А сами фантазии всегда корректны в научном смысле. Разные чудеса служат иллюстрацией гипотез, не противоречащих фундаментальным законам, а если и противоречащих, то именно так оно и сказано. Познание бесконечно, и всегда есть явления, пока не имеющие объяснений. Это заурядное обстоятельство блестяще использовано в новой фантастике: там множество тайных и явных лакун, недоговоренностей. Можете считать это детективным элементом, можете понимать как бесконечность процесса познания. Можете радоваться филигранности письма. Стругацкие приходят к собственной формуле фантастики: "Чудо - тайна - достоверность".

В 1968 году в ленинградской "Неве" выходит "Обитаемый остров", где замечательно нафантазирована модель тоталитарного государства. В некоторой несчастной стране на неведомой планете стоят повсюду башни специального излучения, от которого народ впадает в экстаз обожания власти. "Человеку, находящемуся в поле излучения, можно было самыми элементарными средствами внушить все, что угодно, и он принимал внушаемое как светлую и единственную истину и готов был жить для нее, страдать за нее, умирать за нее".

Еще есть малая часть населения, у которой от пропаганды (от излучения, значит) вместо восторга страшные головные боли - буквально до обморока. Это, разумеется, внутренние враги, которых там называют "выродками". Правит этим царством хунта - "Неизвестные Отцы". И представьте, что все эти Отцы - "выродки". Вот он - момент истины, вот высшая достоверность. "Выродки" - гениальная фантазия, она же - чистая правда. Большинство - как известно - всегда собрание конформистов, всегда с восторгом поет гимны, а "выродки" физически не переносят восторженного идиотизма. Самые активные и агрессивные из этих маргиналов прибирают власть к рукам, а прочих товарищей по несчастью назначают врагами. Модель очень древняя, но исправно работающая.

И чем тут могло бы помочь какое-нибудь прогрессивное человечество? Да черт его знает. Вот тем и замечательны книги Стругацких, что там всегда есть онтологические - иначе говоря, вечные - проблемы человечества. С момента публикации "Острова" прошло 40 лет, телевизоры исправно принимают излучение, большинство в экстазе, а разные выродки погоды не делают. Жизнь продолжается.

Летом 72-го опять же на брегах Невы, на этот раз в "Авроре", напечатали "Пикник на обочине". Сюжет вроде бы не новый, посещение земли пришельцами, но как раз о пришельцах ничего там не сказано. Они, вероятно, были - иначе откуда же взяться такому изобилию разного неземного хлама; был, вероятно, пикник на обочине большой космической дороги, фантазирует нобелевский лауреат Пильман, и в этой иронии скрыто замечательное противоречие. Странно же предполагать, что сверхцивилизация способна нагадить на чужой планете, подобно загулявшим на природе сапиенсам, но версию радостно принимают и персонажи, и читатели. Версия отвечает нашей психологии, а ничего другого у нас в активе нет. И пришельцев нет. Зона осталась, а жизнь продолжается. Ученым - простор для исследований, сталкерам - смертельно опасный промысел. Вот, собственно, и все. Было Посещение или нет - у нас свои дела. "Человечество в целом - слишком стационарная система, ее ничем не проймешь".

Станислав Лем превыше всего ценил научный подход, разные сайенс-фикшн справедливо считал барахлом, вообще был строг к коллегам по цеху фантастики. "Пикник" - вероятно, единственная книга этого жанра, которую Лем признал безупречной. Безупречной во всех отношениях. "Стругацкие, - писал Лем, - оказались прежде всего реалистами в фантастике, поскольку реализм в ней - это последовательность и точность в извлечении выводов из принятых предпосылок". Позже, в 88-м, когда и хвала, и хула уже были розданы, а премии присуждены, в пору так называемой гласности, Лем сказал: ""Пикник" пробуждает во мне что-то вроде зависти, как если бы написать его должен был я". Вот слова, которые стоят многих премий. Среди книг братьев Стругацких "Пикник" - абсолютный чемпион по числу переводов и зарубежных публикаций. Думаю, переводить его было легко: герои живут в некотором городе Хартмонте, скрытых и явных отсылок к отечественным реалиям нет, а прогрессивное человечество не устраивает субботников по очистке Зоны от влияния буржуазной идеологии.

Надо благодарить счастливый случай, что братья Стругацкие стали писать вместе. В 55-м Аркадий Натанович только-только демобилизовался: артиллерийское училище, Военный иняз, преподавание в легендарной школе переводчиков в Канске, служба на Дальнем Востоке, и вообще-то военный переводчик - это технический работник разведки. Английский и японский языки - само собой. А ползти по Зоне на брюхе - вполне армейское упражнение. Разные там полосы препятствий, движение под перекрестным огнем на учениях - все годится для книги, все делает Зону достоверной.

Борис Натанович на восемь лет моложе брата, его опыт был поменьше и академического свойства: матмех ЛГУ и Пулковская обсерватория. Зато научные и околонаучные диспуты и вообще манеры высоколобого сообщества - в неограниченном количестве, успевай записывать. Соединение в писательстве, - которое вообще-то дело одинокое! - столь различных граней житейского опыта дало не удвоение результата, но совершенно новое качество. Имел место синергетический эффект. В данном случае эффект назывался - "Братья Стругацкие".

12 октября 1991 года умер Аркадий Натанович. В 95-м вышел роман С. Витицкого (он же - Борис Натанович) "Поиск предназначения". Из интервью 97-го года: "Роман написан главным образом потому, что надо было что-то делать с ощущением пропасти, которая разверзлась подо мной... Книгу надо было написать, чтобы доказать самому себе, что я еще жив..." Роман получился не вполне фантастическим. Он, по большей части, о времени и о себе, а вопрос, почему судьба сохраняет человека в разных безнадежных ситуациях, не выводит на какую-нибудь вселенскую гипотезу. Помнится, еще в "Хромой судьбе" Феликс Сорокин (читай, Аркадий Стругацкий) рассуждал, что должен был погибнуть на Курской дуге, но "видно, тот, кому надлежало ведать моей судьбой, был тогда еще полон энтузиазма, и ему хотелось посмотреть, что из меня может получиться". Это вопрос, если угодно, возрастной, но и не более того.

В 2003-м журнал фантастики "Полдень, XXI век" напечатал роман С. Витицкого "Бессильные мира сего". (Кстати, основатель журнала и бессменный главный редактор - Борис Натанович.) "Бессильные" - исповедь Учителя, размышления о том, что же "должно произойти с этим миром, чтобы человек Воспитанный стал этому миру нужен". Отголоски давнего, утопического - еще из "Улитки на склоне" - рассуждения, что вот, мол, "можно понимать прогресс как превращение всех в людей добрых и честных". И никак не получается.

"По Витицкому, обязанность настоящего Учителя - всю жизнь держать в поле зрения учеников и сохранять оптимизм, даже видя, кем стало большинство питомцев. Другого выхода нет. Надо упрямо растить новых, пока есть время". (Роман Арбитман, литератор.)

"- Времени совершенно нет, - сказал сенсей с каким-то даже отчаянием. Он откинулся на сиденье, положил руки на колени, но сейчас же снова сгорбился, почти повиснув на ремнях. - Совершенно, - повторил он. - Совершенно нет времени". (Последние строки "Бессильных".)

Вот так устроен этот мир. Времени действительно нет. Но, похоже, тот, кому надлежит ведать судьбой Бориса Натановича, еще полон энтузиазма.


Михаил НЕХОРОШЕВ
Аналитический еженедельник "Дело" 14/4/2008
Чудо - тайна - достоверность // К 75-летию Бориса Натановича Стругацкого