Чехов в баденвейлере :: Большая библиотека биографий

Чехов в баденвейлере


Узнай как бросить сейчас! ПОКА НЕ ПОЗДНО..
Читать далее >>


Чтобы похудеть на 9 кг за 7 дней, нужно раз в день...
Читать далее >>


Уже через 3 дня вкус алкоголя станет отвратительным!
Читать далее >>


Великий русский и маленький немецкий курорт.

Шварцвальдский курорт Баденвейлер в 1904 году стал последним пристанищем больного туберкулезом Антона Чехова. Вскоре после его смерти в память о писателе там был установлен бюст, который во время Первой мировой войны был демонтирован. В дальнейшем Баденвейлер долго не утруждал себя воспоминаниями о знаменитом госте.

Он не мог этого не знать. Прежде чем Антон Чехов с женой, актрисой Ольгой Книппер, прибыл летом 1904 года сначала в Берлин, а затем в Шварцвальд, он доверительно сообщил одному своему другу: "Прощайте. Еду умирать". Смертельно больной драматург и писатель, который страдал туберкулезом с 24 лет, окутал свою болезнь пеленой тайны. О том, что он чувствовал на самом деле, никто не имел представления.

Одинокий постамент.

Чеховы отправились в Баденвейлер по совету своего московского врача. Сначала они снимали номер в гостинице "Рёмербад". Но им вежливо намекнули, что больные туберкулезом здесь не самые желанные гости. Из мещанского пансиона "Фридерика", его следующего пристанища, страстный поклонник эпистолярного жанра регулярно пишет письма в Россию.

"Баденвейлер очень оригинальный курорт, но в чём его оригинальность, я еще не уяснил себе", - сообщает он одному московскому публицисту. В письме своей сестре Маше Чехов смеется над музыкой в курортном парке, громогласной, но совершенно бездарной. Ни в чем нет ни искры таланта, ни искры вкуса, зато в избытке порядок и честность. Похоже, здесь нет ни одного запутавшегося, мечтательного и колеблющегося человека, сетует он.

Великий русский и маленький курорт остаются друг другу чужими. 15 июля 1904 года Антон Чехов умирает в гостинице "Зоммер", в своем третьем пристанище, по словам Ольги Книппер, "без агонии и страданий".

Если бы руководитель Московского художественного театра Константин Станиславский не настоял на том, чтобы поставить здесь бюст покойному, волнения миновали бы Баденвейлер.

В литературном музее, в зале Чехова имеется поблекший за долгие годы, множество раз скопированный снимок, сделанный на заре фотоискусства, который демонстрирует блестящее общество, собравшееся 25 июля 1908 года в Баденвейлере по поводу торжественного открытия памятника Антону Чехову. Сюртуки и выходные платья сверкают между скалами и папоротниками, в центре стоит православный священник в праздничном облачении. С гранитного постамента на собравшихся скептически смотрит умное лицо писателя.

Бюсту Чехова в курортном парке была уготована не долгая жизнь: на исходе Первой мировой войны его сняли и в рамках акции по сбору металла для производства оружия отправили в Берлин, где и пустили в переплавку, а одинокий постамент, всеми забытый, за многие годы зарос густым кустарником.

Только в 1950-е, еще во время холодной войны, до Баденвейлера дошли первые запросы о последних днях Чехова и его смерти. Тогдашний бургомистр велел собрать все архивные документы, касавшиеся именитого гостя. Вспомнили и об уничтоженном памятнике, почитатели Чехова подняли вопрос о сооружении нового. Однако администрация курорта выдвинула возражения.

"Поскольку вопрос туберкулеза является для Баденвейлера деликатной темой, у нас имеются определенные сомнения в том, стоит ли снова привлекать внимание к пребыванию и смерти здесь Антона П. Чехова", - сообщается в письме от 1956 года.

Все же в середине 1960-х годов памятник был воздвигнут в красивом месте курортного парка, у Лебяжьего пруда, среди елей и кипарисов - там, где в пруд, в котором обитают гигантские сонные карпы, стекает вода из горячих источников.

В середине 1980-х годов, когда в Баденвейлере состоялся первый конгресс, посвященный Чехову, профессор из Тюбингена Рольф-Дитер Клюге и его ассистентка обнаружили постамент от исчезнувшего памятника. Сегодня на нем возвышается тяжелый бюст, который изображает писателя широкоплечим героем в пальто с высоко поднятым воротником. Чтобы воссоединились постамент и бюст, последний преодолел более 13 тысяч километров и целый континент.

Памятник - словно из ушедших времен, сохранившихся в подсознании. Это подарок Баденвейлеру от фанатичного поклонника Чехова Георгия Мироманова, директора музея Чехова на Сахалине. Он потратил четыре года на воплощение в жизнь своей мечты. Когда октябрьским утром 1989 года в Баденвейлере появился русский военный грузовик с четырьмя утомленными от бессонной ночи небритыми мужчинами, тогдашний бургомистр доктор Рудольф Бауэрт сразу понял, что это мог быть только "Чехов" с далекого Сахалина.

Жест.

Перевозка памятника с Дальнего Востока в Шварцвальд - это не только выражение материализованной культуры памяти, но и символ глубокой связи русской интеллигенции со своей литературой. В 1890 году Антон Чехов ездил на Сахалин, где при царе жили ссыльные. Он так основательно готовился к этому предприятию, что сам опасался, как бы эта Mania Sachalinosa не довела его до безумия.

"Остров Сахалин" - это грандиозное произведение в жанре заметок путешественника, в которые постоянно вклинивается критика цивилизации. Сахалин стал в жизни Чехова поворотным пунктом. Жалкое существование осужденных, размеренное позвякивание их цепей навсегда сохранились в его воспоминаниях о российской каторге.

Кажущийся на первый взгляд странным подарок Сахалина Баденвейлеру перед лицом разрушения культуры может рассматриваться как попытка воссоздания утраченного. Так и хочется спросить у Антона Чехова, что бы он сказал по этому поводу. Однако он держит дистанцию. В письме своей жене он пишет: "Ты спрашиваешь, что такое жизнь? Это все равно, что спросить, что такое морковь? Морковь - это морковь, и все тут".


Барбара Шпенглер-Аксиопоулос
Inopressa. ru
21 мая 2004 года