Людмила касаткина - биография актрисы из укротительницы тигров часть 5 :: Большая библиотека биографий

Людмила касаткина - биография актрисы из укротительницы тигров часть 5


Узнай как бросить сейчас! ПОКА НЕ ПОЗДНО..
Читать далее >>


Чтобы похудеть на 9 кг за 7 дней, нужно раз в день...
Читать далее >>


Уже через 3 дня вкус алкоголя станет отвратительным!
Читать далее >>


– Это кто? – спросил он у своего сопостановщика И. П.Ворошилова.

– Касаткина, новая девушка... С курса Раевского...

– Понял, поехали дальше.

И все!

Но я была счастлива. Ощущение причастности к созданию спектакля в постановке самого Попова в творческо-напряженной атмосфере, объединяющей коллектив, охватило меня. А Попов, ну что же, со временем я, наверное, еще с ним встречусь, может быть, в другой, большей по объему работе...».

Жизнь очень быстро вмешалась в эти «долгосрочные» прогнозы. Буквально через несколько дней Попов утвердил Касаткину на роль Оксаны в новом спектакле театра – драме в стихах Маргариты Алигер «Первый гром». В институте Касаткину убеждали в отсутствии в ее актерском темпераменте серьезных драматических, трагических нот, но они в этой роли прозвучали, что подтвердили и наставники – Мария Осиповна Кнебель и Нина Антоновна Ольшевская, помогавшие Касаткиной готовить роль. Эта работа открыла актрисе путь к новым ролям не только лирического плана, но и с элементами драматизма и даже трагизма. К концу первого сезона она уже была занята в семи спектаклях. Она играла две большие роли, три эпизодические, была задействована в двух массовках. Во втором сезоне к ним прибавились еще три большие роли и два эпизода. Дальше было, может быть, и меньше ролей, но они становились все более объемными. В спектакле «Последние рубежи», где Касаткина играла военного почтальона Зою, ее героиню убивали под Прагой после объявления капитуляции фашистской Германии. Это была небольшая роль, но впервые в первом составе, и Касаткина играла премьеру. Попов и коллеги Касаткиной отозвались об этой работе хорошо. Несмотря на большую загруженность в репертуаре, Касаткина принимала участие в двух так называемых учебных спектаклях, которые не предназначались для основного репертуара. Их энтузиастами были актеры Андрей Петров, очень увлекавшийся режиссурой, и Андрей Попов, исполнивший главную роль в драме поэта Дмитрия Кедрина «Рембрандт». Касаткина рассказывала: «За первый сезон я познакомилась в работе со всей режиссурой театра, кроме В. С.Канцеля и его сопостановщицы А. А.Харламовой. Лишь во втором сезоне началось мое участие, поначалу небольшое, в спектаклях яркого мастера Владимира Семеновича Канцеля, человека самобытного, «безбытного» и романтически влюбленного в искусство Мельпомены. Я исполнила роль в спектакле «На той стороне» (один из первых послевоенных детективов, посвященный разведчикам, действовавшим во время войны). Но в душе моей жила мечта о главной роли в... «Учителе танцев». В одной из следующих работ, инсценировке знаменитой «Американской трагедии» Драйзера, я играла во втором составе Роберту Олден. Вместе со мной в спектакль «Закон Ликурга» (пьеса Н. Базилевского) ввелись Владимир Сошальский (вместо Зельдина) и Алексей Баталов (вместо Андрея Попова). Под руководством И. П.Ворошилова я, кажется, еще немного продвинулась вперед. Если в его постановках «На всякого мудреца довольно простоты» и «Ночь ошибок» у меня были роли лирико-комедийного плана, то в этом спектакле удалось вновь (после «Первого грома») погрузиться в драматическую судьбу героини, найти для нее новые краски».

Четвертый сезон в театре Армии был очень важен для актрисы как в творческом, так и в личном плане. Алексей Попов возобновил репетиции «Ревизора», прерываемые работой то над «Незабываемым 1919-м», то над «Флагом адмирала». Касаткиной поручили роль Марии Антоновны, которую она получила за три месяца до выпуска спектакля. Репетиции «Ревизора» в 1951 году дали толчок к поискам самостоятельных решений образа в целом или отдельных его фрагментов. Перед молодой актрисой стояли трудные задачи: во что бы то ни стало добиться такого воплощения этого образа, которое разбивало бы театральные традиции. Штамп заключался, прежде всего, в том, что Марию Антоновну всегда изображали провинциальной дурочкой. «Уйдем от штампа придурковатой кокетки, поищем обаятельного маленького зверька, из которого обязательно вырастет будущая Анна Андреевна, если не похлеще!..» – рассуждал Алексей Попов. И она, по мере сил, искала. Искала, прежде всего, глаза – глаза хитренького, смышленого человечка, добивающегося своей цели любым путем.